Сказка о Василисе. Путь героини, череп-жених и чудесное преображение

Путеводитель по архетипам и символам, которые прячутся за образами Василисы, таинственных всадников, черепа с горящими глазами и Бабы-яги. Василиса Прекрасная – та самая девушка с черепом-фонарем со знаменитой билибинской иллюстрации. Она стала самой узнаваемой сказочной героиней нашего времени. В этой книге путешествие Василисы исследуется с двух точек зрения. Во-первых, согласно теории В. Я. Проппа, с многочисленными параллелями в фольклоре и народных обычаях. Во-вторых, с точки зрения юнгианской психологии и теории архетипов: смерть «хорошей матери», встречи в темном лесу, испытания Яги, уважение к Тайне, освобождение от власти Тени. В этом контексте сюжет и образы сказки оказываются отражением процессов, происходящих в человеческой психике. Фольклорист и психолог Владимир Рябов предлагает заглянуть вглубь сказки и увидеть в ней универсальную историю внутренней трансформации. Узнать, что эта история может рассказать о нас самих. Для кого эта книга Для тех, кто интересуется сказками и психологией: вместе или по отдельности. От автора Мы давно привыкли воспринимать сказку как развлекательный жанр, что-то не вполне серьезное, даже детское. Но если мы присмотримся к народной сказке повнимательнее, то поймем, как она бывает откровенна, жестока, порой убийственно серьезна. Без лишней сентиментальности и долгих раздумий родители покидают детей в лесу, герой отдает своего коня на съедение волку, героиня оставляет прах мачехи и сестер и идет дальше, навстречу своей судьбе. Герои беспощадны не только к другим, но и к самим себе: Иван-царевич отрезает куски собственного мяса, чтобы накормить ими чудесную птицу и продолжить полет. Как писал тонкий знаток фольклора Владимир Яковлевич Пропп, «сказка вообще не знает сострадания», она лишена морали, привычных нам представлений о добре и зле. Но если народная сказка не учит нас добру, то зачем мы снова и снова возвращаемся к ней? Гуманитарные катастрофы XX века и события последних лет напоминают нам, как абсурден и жесток бывает окружающий мир. Сказка не указывает нам на хорошее и плохое в моральном смысле, но содержит в себе архетипический опыт выживания. И речь здесь идет не о чисто биологическом, животном выживании, а о глубоко человеческом способе бытия в мире. Рецепт выживания из сказки не имеет ничего общего с пошаговой инструкцией. Как будто минуя сознательный разум цивилизованного человека, сказка обращается напрямую к нашей душе. Как бы абсурдно это ни звучало, можно сказать, что волшебная сказка организует наш внутренний мир определенным образом. Неслучайно многие исследователи фольклора обнаруживали сходство сказки с древними ритуалами инициации и шаманскими камланиями. Веками народная сказка содержала в себе универсальный опыт трансформации, а потому она не оставляет равнодушным и современного человека.