Время прослушивания
Для вашего расписания
Мой дед расстрелял бы меня: История внучки Амона Гёта, коменданта концлагеря Плашов
В 38 лет Дженнифер Тиге, дочь немки и нигерийца, узнает, что она внучка нацистского преступника. Миллионы людей знают историю жестокого коменданта концлагеря из «Списка Шиндлера». Садиста, любившего ради развлечения расстреливать евреев с балкона виллы. Как Дженнифер, учившейся и несколько лет прожившей в Израиле, смотреть теперь в глаза друзьям, зная, что у каждого из них кто-то из родственников погиб в нацистских концлагерях, может быть, и в самом Плашове? Как ей справиться с чувством вины за преступления, совершенные родным дедом? Дженнифер Тиге переосмысливает свое детство и юность, исследует семейное прошлое, находит столь нужные ей ответы.
При покупке вы будете перенаправлены на сайт партнера ЛитРес. Все транзакции защищены и безопасны.
У этой аудиокниги есть текстовая версия
Мой дед расстрелял бы меня. История внучки Амона Гёта, коменданта концлагеря Плашов
В 38 лет Дженнифер Тиге, дочь немки и нигерийца, узнает, что она внучка нацистского преступника. Миллионы людей знают историю жестокого коменданта концлагеря из «Списка Шиндлера». Садиста, любившего ради развлечения расстреливать евреев с балкона виллы. Как Дженнифер, учившейся и несколько лет прожившей в Израиле, смотреть теперь в глаза друзьям, зная, что у каждого из них кто-то из родственников погиб в нацистских концлагерях, может быть, и в самом Плашове? Как ей справиться с чувством вины за преступления, совершенные родным дедом? Дженнифер Тиге переосмысливает свое детство и юность, исследует семейное прошлое, находит столь нужные ей ответы. Особенности Уникальные фото из личного архива автора, а также из архива Музея истории Холокоста «Яд ва-Шем». Для кого Эта книга для тех, кто интересуется историей Второй мировой войны, национал-социализма и послевоенной Германии, а также для тех, кто хотел бы найти отправные точки для размышлений о чувствах вины и стыда, передаваемых от поколения к поколению, и о поиске путей к преодолению травм прошлого как потомками жертв, так и потомками преступников.