Габриэль Гарсия Маркес. Сто лет одиночества. Одна абсолютно несчастная деревня

Есть книги, которые совершают переворот в нашем сознании. Сразу. После первого прочтения. Даже раньше – после первых страниц или даже абзацев. Нет! Еще раньше. После первого предложения, в котором время сжато, а жизнь заканчивается, – читатель погружается в волшебную и страшную воронку маркесовского текста.