Если путь осязаем

Разве может что-либо оттенить ценность жизни лучше, чем смерть? Роман-исповедь «Если путь осязаем» рисует изнанку одержимости влюблённой Киры. Она ищет причины случайностей, старательно собирает обрывки пути в единый холст. Она надеется вычислить тот самый неверный поворот, который привёл ее к помешательству, но лишь глубже и глубже утопает в рефлексии. Словно отражение зеркала в зеркале автор пишет книгу о Кире, которая в свою очередь пишет книгу о Германе. Лоскутное полотно ее повествования соткано из воспоминаний и снов. Композиционная головоломка сюжета, смена эпох и локаций, лирические отступления – все это выносит историю Киры за рамки привычной романтической прозы. Роман-состояние, роман-иллюзия, роман-ожидание переносит читателя в лабиринт эмоционального многогранника, где случайный выбор обрекает героев на бессмысленный бег по кругу одиночества. От первого взгляда до последнего крика. Кто выйдет из игры первым? Кому предстоит сделать главный выбор? Автор о выборе псевдонима: «Почему Ника Горн, а не Венди Линч, например?» – спросите вы. Во-первых, до Венди Линч мне, к счастью, далеко, а во-вторых, все чуточку проще и в разы приятнее, чем с Венди. Ассоциативный ряд – далекий, отстранённый, безвременный, безмятежный – вывел меня на образ высокогорья. Там в горах, помимо поэзии, неотрывно живет красота. Поднебесная флора содержит множество любопытных названий, но выбор мой пал на целебный цветок – Арника Горная, которая заживляет раны и лечит сердце. Следом случилось семантическое волшебство: Арника сократилась до богини победы «Ники», а Горная – до призывного «Горн». Отныне звучит и исцеляет, «говорит и показывает» для вас Ника Горн. Внимание!